Джабраил Яхьяев
поэт, певец
«Счастье для меня — быть частью чего-то большего»
28 Июня 2016

Джабраил Яхьяев, поэт, певец: «Счастье для меня — быть частью чего-то большего»

Чувствительный романтик с незабываемой экзотической внешностью. Русский поэт талышской национальности, в строках которого цветёт лиризм южного востока. Юноша с бархатным голосом, который так поёт старые песни о главном, что нельзя не расчувствоваться. И, наконец, просто добрый человек, глядя на которого, сразу понимаешь — вот так выглядит истинный интеллигент. Это всё — Джабраил Яхьяев.

— Расскажи немного о своём детстве.
— Родился я в Талышских горах, в Лерикском районе. Рос до трёх лет в ауле. Там я вдохнул горный воздух, выпил горной воды и произнёс первые слова. Назвали меня сначала другим именем, но через какое-то время приехал мой 136-летний прадедушка и сказал, что меня должны звать Джабраил. Я был первым внуком в большой семье и был окружен большой любовью. Всем, чего я достигаю в жизни, обязан этой любви.

— А когда ты выучил русский язык?
— Когда мне было три года, мы переехали в Россию, в Грибановский район. Можно сказать, что распределение моего папы от Школы Милиции в Россию — это воля случая, но я верю, что всё на свете неслучайно. Позже, в 99-м году, сложном для семьи в финансовом плане, дедушка убедил нас перебраться обратно. Но через два года в Азербайджане мы поняли, что не так важно благосостояние, как нахождение в любимом краю. А им уже стала Россия.

Этот период жизни связан для меня с верой чудеса. Уезжая в Азербайджан, я думал, что уже не вернусь обратно, но все равно надеялся, что это произойдет. Россия мне, девятилетнему мальчику, постоянно снилась. И чудо свершилось — через три года мы всей семьей вернулись в Россию. Наша семья очень демократичная, и мои родители быстро впитали свободу русского менталитета. Думаю, у них была к этому особая предрасположенность. Нам, детям, всегда давали свободу мысли и выбора. Я даже сам давал имена младшим братьям: Руслан и Русиф — начинаются на «рус», видишь?
Когда я переехал в Россию второй раз, уже говорил на трёх языках: русский, талышский и азербайджанский.

— Ты пишешь только по-русски?
— Да. Потому что думаю на русском языке. И по сути своей я русский поэт, хоть и южный человек, что видно мотивам моего творчества. А талышский язык я должен знать, это история моих предков. Тем более, сегодня этот язык под угрозой исчезновения.

— А как ты начал писать стихи?
— Я не помню первого стихотворения. Помню, что это происходило само собой. Мои первые стихи — это напевы, детские впечатления. Еще я помню, как мой дедушка очень настаивал, чтобы я писал стихи, но я намеренно проявлял упрямство и не писал, и даже однажды выдал какое-то любимое стихотворение за своё. Он это сразу понял и после этого перестал наставлять. Более осознанно к поэзии я вернулся в переходном возрасте. Очень помогли уроки немецкого языка Людмилы Петровны, где нам можно было переводить стихи классиков. Это увлечение у меня сохранилось до сих пор.

Свой путь я окончательно определил благодаря общению с известной русской поэтессой Дианой Кан и уважаемым критиком Вячеславом Лютым.

— Как ты относишься к своему раннему творчеству?
— Я ценю все свои стихи, это моя творческая история. Мои детские опыты над возможностями своего языка подпитывались любовью к чтению. Постоянно ходил в библиотеку и читал сказки. К уроку чтения всегда учил несколько стихов наизусть и любил выступать с ними перед своей первой публикой — классом.

— Ты пишешь прозу?
— Были наброски, но они лирические, это скорее стихи в прозе. Есть у меня одно начинание: если какие-то взрослые люди рассказывают мне что-то интересное, я это записываю. Но пока так ничего и не закончил.

— Расскажи о своих публикациях.
— Все и не вспомню… Это «Подъем» (Воронеж), «Отчий дом» (Самара), «Волга XXI век» (Саратов), «Парадный Подъезд» (Санкт-Петербург), «Новый Енисейский литератор» (Саратов), «Аргамак-Татарстан» (Казань), «Караван» (посольство Ирана в Москве), «Арина» (Нижний Новгород), несколько коллективных сборников.
Этими достижениями я обязан и благодарен людям, которые оказались рядом и по своему желанию решили поддержать творчество. Отдельное спасибо Диане Кан.

— Ты обычно доволен тем, что написал?
— Думаю, глупо отнекиваться. Конечно, я рад тому что есть, но впереди огромная работа — развиваться и передавать то, что пока сложно выразить словами. И часть из этого я выражаю на выступлениях другими языками — жестами, голосом, интонацией.

— То есть читать вслух тебе нравится больше?
— Это дополняет меня. Даже моя мама, если сама читает мои стихи, поймёт это не так хорошо, как если я сам ей прочитаю. Любовь к выступлениям у меня с детства. Помню, как в 4-5 лет у меня было увлечение: когда родители убирались в квартире, я брал табуретку, поднимался к зеркалу и, смотря в него, начинал свою программу: «Добрый день! Сегодня суббота, и у нас в эфире, как всегда, — уборка!».

— Родители всё читают, что ты пишешь?
— Нет, конечно. Бывает, что родителям что-то прочитаешь, а они: «Почему такое грустное стихотворение? У тебя что-то случилось?» Это же родные люди, они ценят тебя, в первую очередь, как сына, брата, племянника… В моем творчестве им больше интересны какие-то материальные подтверждения — публикации, награды, интерес известных людей.

— А кто твои читатели?
— У моего читателя нет конкретного возраста. Часто, кстати, это зрелые люди, которым близки мои ценности.

— А какие у тебя основные ценности?
— Любовь, семья, да и вообще люди. Счастье для меня в корне самого слова — быть частью чего-то большего. Вся жизнь сводится к большой цели помогать, служить людям.

— Что тебя вдохновляет?
— Меня вдохновляет жизнь сама по себе. Я из тех людей, что могут идти по улице и остановиться, осознав на миг, насколько прекрасна жизнь. Или сидеть, как и другие, в интернете, а потом закрыть ноутбук и выключить свет, лечь и наслаждаться тишиной.

— А кем ты работал?
— Два дня пытался работать по специальности копирайтером в крупной компании и чуть не умер: сидел себе один, ни с кем не общался. Не вынес этого и ушёл. Работал в среде тренеров-психологов — самый весомый опыт получил. Сейчас работаю в сфере праздников. С годами понимаю, что наибольший интерес у меня к общественной деятельности.

— Были у тебя какие-то особенные творческие поступки?
— Однажды, на 1-2 курсе, меня очень взволновало, что ежегодно в стране без вести пропадает около 50 000 человек. Я написал стихотворение с призывом беречь друг друга, распечатал сотни экземпляров, взял друга-музыканта, и мы ходили по всему городу, расклеивали эти стихи. Бабки гоняли нас, кричали… Такая вот романтика.

— Расскажи о своей карьере певца.
— Карьеры певца у меня нет. Я выступаю с 8 класса, а более-менее серьёзно этим стал заниматься в студенческие годы, когда обо мне узнало Управление Культуры. Сейчас бывает 3-4 выступления в месяц, отчётники перед Москвой, все большие праздники: День города, День Победы, Новый год и многое другое. Нигде не учился этому прекрасному ремеслу. Для меня это общение с людьми, самовыражение. Песни — те же стихи, стихи — те же песни.

— А есть песни на твои стихи?
— Нет, но есть желание их написать. Думаю, это реализуется.

— Почему ты поступил на филфак?
— Русский язык был для меня всегда очень важен, но, когда мы вернулись в Россию, я понял, что отстаю в предмете от сверстников. Так я и решил сделать свой недостаток преимуществом — этакая мужская цель. Потом стал ездить на олимпиады: районную, областную, в г. Гомель (Белоруссия), и как следствие, — поступление на филфак ВГУ.

— О чём ты мечтаешь?
— У меня есть не мечты, а желания: здоровье и благосостояние моих близких, родных, моей нынешней и будущей семьи. А всё, что от меня зависит, я делаю. Желаю, чтобы в нашей стране всё было хорошо.

— Какие у тебя творческие планы?
— Творческих планов у меня очень много. Есть план на полгода, на год, на пять лет… Сбывается не всё, но многое, иногда цели корректируются. Мои цели не всегда связаны со мной. На первых курсах я, например, мечтал о чём-то вроде Дома культуры, где помогал бы молодым талантам развиваться. Это, конечно, глобальная цель, да и такого здания у меня пока нет. Но я заметил, что уже сейчас достаточно много юных ребят, которым я помогаю в творчестве, наставляю. Смысл жизни и цель — это не конечная точка. Это путь.

Наслаждалась песнями души
Анжела Малышева